Австрия в живописи

 

Мартин ван Мейтенс.
«Портрет императрицы Священной Римской Империи, эрцгерцогини Австрии Марии Терезии».

Мартин ван Мейтенс. "Портрет императрицы Священной Римской Империи, эрцгерцогини Австрии Марии Терезии".

Возле крепости Глогау противники разбили свои лагеря — друг против друга.

- Пусть сунется, - сказал Салтыков, явно озлобленный. - Напоследки, прежде чем дверью хлопнуть, я короля выть заставлю!

Дерзость московитов выводила Фридриха из себя, но он боялся сунуться на русских. А между тем Даун не прислал русским обещанного провианта. Вместо обозов прислал советника.

- Итак, - спросил Салтыков у этого советника, - что вы посоветуете есть мне сегодня? И что дать на обед солдатам?

- Даун предлагает вам начать реквизиции у населения.

- Реквизиция - это тот же грабеж, только мудрено назван! - отвечал Салтыков. - Грабеж разлагает армию. Один раз солдат берет у жителя по приказу - то, что нужно ему, солдату. А второй раз берет без приказа - то, что самому жителю нужно!

- Тогда подождите: императрица пришлет вам денег из Вены!

На что Салтыков ответил словами историческими:

- Благодарю! Вот ты езжай от меня в Вену и там передай своей императрице, что мои солдаты денег не едят! Даун стал подстрекать венский кабинет, чтобы он нажал на Эстергази, а Эстергази пусть нажмет на Конференцию: надо убрать Салтыкова, а над армией снова поставить фермера. Конференция издалека всей властью своей обрушилась на фельдмаршала: его обвинили в том, что он озлобил Вену против России; что он зазнался настолько, что даже не ответил на письмо венской императрицы: грызня же с Веной косвенным путем ухудшила отношения России с Турцией…

Петр Семенович только ахал, руками разводя:

- Вот те на! Я уже и перед турками виноват… Салтыков понимал, что весь этот поход был построен им лишь на риске. Он рисковал часто. Еще при Кунерсдорфе поставил на карту свою честь. Больше рисковать нельзя. Можно свернуть шею. Теперь против его отряда в 20 тысяч человек, оборванных, голодных и усталых, вырастал Фридрих, сверкая новым оружием, и грозился силой в 70 тысяч штыков.

Салтыков велел звать военный совет и объявил:

- Людей понапрасну губить - только славу России омрачать! Никогда завистником не был, а ныне стал… Королю прусскому - вот кому завидую! Он все на месте решает, и от Берлина вздрючек ему не бывает. Он независим от мнений чужеродных. А меня, как собаку худую, раздергали - то Вена, то наши мудрецы… Когда Кунерсдорф грянул, Даун был в девяти милях от нас. Гаддик с кавалерией в семи милях был. Помогли они нам? Нет. Вот Лаудона прислали. Из девяти полков его только два в бою были. Остальные на гороховом поле как легли, так и не встали, покеда от гороха одна ботва не осталась… Господа высокие! Друзья мои! После наших викторий под Цюлихау, при Пальциге и Кунерсдорфе мы, русские, не желаем быть от бездельников союзных унижены. Не хочет Вена воевать честно - не надо. Мы же, русские, за них кровь проливать не станем… Идем на зимние квартиры!

И русские стали уходить из Бранденбурга. Все блестящие плоды кампании 1759 года оставались погребены. Виною тому — косность, зависть и прямое предательство Вены. Французские историки объясняют все одним - «неисцелимой трусостью австрийцев».

В. Пикуль. «Пером и шпагой». «Лениздат». 1978.

* * *

 

«Австрийский гусар. 1845-1855 гг.».
Из книги «Школьная энциклопедия. История России 18-19 вв.». Москва, «ОЛМА-ПРЕСС Образование». 2003 год.

Австрийский гусар. 1845-1855 гг.

Австрийцы разместились не в окрестных казармах, как русские, а там, где жратвы да вина побольше, - в центре столицы. Ласси высмеял русские порядки, и над Берлином раздалась другая команда - уже по-немецки:

- Парни, начинай мстить пруссакам за нашу Силезию! Госпитали и богадельни первыми изведали карающую руку господню. Шарлоттенбург еще не ведал, что немец может быть врагом немецкой же культуры. Австрийцы сложили костры из мебели, разбили фарфор, штыками взломали драгоценные инкрустации, резные панели стен и дверей изрубили в щепки, а картины великих мастеров прошлого изрезали ножами в лохмотья. Старинные органы, голоса которых слышны были на всю Европу, они просто уничтожили. В церкви же Треббинской австрийцы вскрыли усыпальницы, тела выбросили из гробов, отсекали покойникам пальцы с обручальными кольцами.

Кроаты и гусары Марии Терезии теперь набрались храбрости.

- Открывай! - ломятся они ночью в двери. Хозяин и жена падают под ударами сабель. Кричат дети…
Дальше терпеть было нельзя. Первое столкновение с имперцами произошло возле потсдамских конюшен короля, которые охранялись русскими часовыми. Сбив караулы, австрийцы вспарывали животы лошадям, рубили в куски королевские кареты. «Зачем?» Вчерашние мужики, солдаты России, не видели смысла в этом безмозглом уничтожении всего и вся…

- Будем стрелять! - вскинулись ружья.

- Попробуй только, - хохотали австрийцы. Залп - и он покрыл этот хохот. На третий день капитуляции Берлина австрийцы раздевали горожан прямо на улицах. Женщины таились от них по подвалам. Четко печатая шаг, сикурсировали русские патрули. Вот опять: звон стекол, плач, истошные вопли…

- Скуси патрон! Вздуй! Полку прикрой.., пали! И на мостовых Берлина пролилась кровь: Петербург не испугался Вены — русские стали расстреливать своих союзников, как худых собак. Ласси понял, что шутки с грабежом плохи, но его спасло приближение армии Фридриха.

В. Пикуль. «Пером и шпагой». «Лениздат». 1978.

* * *

По-латыни «австралис» значит «юг» (см. Австралия), однако в случае с Австрией этимология не срабатывает.

Когда в VIII в. Карл Великий основал свою империю, она была со всех сторон окружена врагами. Тогда на границах он разместил специальные вооруженные кордоны, или, по-старому, марки - от древнегерманского слова, означавшего «граница».

Так, на северо-востоке был основан Данемарк для защиты от датчан; в результате Дания, страна, в которой живут датчане, сейчас на многих языках так и называется - Данмарк или Данемарк.

На востоке появился Остмарк, то есть «восточный кордон», - для защиты от варваров-авар. Отсюда произошло Восточное королевство, или, по-немецки, Остеррайх. В других языках Остеррайх преобразился в Австрию. Таким образом, Австрия происходит не от латинского «юг», а от немецкого «восток». Кстати, в 1938-1945 гг., когда Австрия входила в состав гитлеровской Германии, ее называли по-старому - Остмарк.
К востоку от Австрии лежит равнина, на которой располагались владения Аттилы. Оттуда в 450 г. гунны совершали набеги на жителей раздробленной Римской империи. Хотя гуннов разбили и впоследствии они исчезли, прежнее место их обитания хранит память о них, так как на многих языках до сих пор зовется Хунгарией.

Начиная с 870 г. равнину заняли племена варваров-мадьяр; теперь в тех местах звучит мадьярский (венгерский) язык. Венгры называют свою страну Мадьярорсаг, то есть страна мадьяр.

После 1700 г. Венгрия вошла в состав Австрии. Однако в 1867 г., после многочисленных восстаний, она получила право на самоуправление. С тех пор миру известна Австро-Венгерская империя, или Австро-Венгрия. После Первой мировой войны побежденная держава распалась; кроме того, страны-победительницы отхватили от нее куски. В настоящее время на карте Европы есть и Австрия, и Венгрия.

Айзек Азимов. «Слова на карте».

* * *

 

ЖИВОПИСЬ. АЛФАВИТНЫЙ КАТАЛОГ.