Л. Осипова.
Алексей Саврасов. "Сельский вид".
"Семья и школа" №5 1988 год.
В воспоминаниях известного русского гравёра И. Н. Павлова есть рассказ о встрече с Саврасовым, которая произошла в начале 1880-х годов в подмосковной деревне Строгино: «Вечерами на высоком берегу Москвы-реки я часто видел лежащим некоего старика в длинной серой блузе с седой бородой. У заворота русла, неподалёку, прилетала цапля и подолгу стояла на одной ноге. Меня сильно занимал этот старик, и я спросил его: «Что же ты тут, дедушка, делаешь?» - «Я. Милый, - отвечал он, - наблюдаю природу… Природу… понимаешь ты? После напишу картину…» - «А кто же ты такой будешь?» - всё любопытствовал я. – «Я художник Саврасов… Учись и ты наблюдать природу… Подрастёшь, нарисуй картину таким же способом, как и я…»
Каким странным мог представиться мальчику немолодой уже художник: он не рисует, сидя перед мольбертом, а подолгу лежит на берегу, не отрывая глаз от закатного неба, от цапли, стоящей на одной ноге. Блаженный какой-то…
Василий Репин.
«Портрет художника А. К. Саврасова».
Было в самой личности Саврасова нечто, выделявшее его из среды художников-профессионалов да и вообще любой другой среды. Один из лучших его учеников, замечательный художник и в то же время проницательный и тонкий мемуарист Константин Коровин так писал о нём: «Алексей Кондратьевич был огромного роста и богатырского сложения. Большое лицо его носило следы оспы. Карие глаза выражали беспредельную доброту и ум. Человек он был совершенно особой кротости. Никогда не сердился и не спорил. Он жил в каком-то другом мире и говорил застенчиво и робко, как-то не сразу, чмокая и стесняясь».
Да этот страстно влюблённый в природу художник был человеком «не от мира сего». Поэтому, наверное, не сложилась его семейная жизнь, не задалась служба, и в последние десятилетия стал он бесприютным скитальцем. Но именно этой его способности погрузиться в свой мир обязаны мы тем, что сделался Саврасов выразителем красоты русского пейзажа, основателем русской реалистической пейзажной школы.
Даже детство его похоже на житие святого. Родился Алексей Кондратьевич в 1830 году в семье московского мещанина, занимавшегося галантерейной торговлей. И отец, и мать, сильно нуждаясь и бедствуя, противились раннему увлечению мальчика живописью, всячески преследуя его.
К. Адт.
«Академик Карл Иванович Рабус».
1897.
Государственный исторический музей.
Слухи об этом дошли до преподавателя Училища живописи, ваяния и зодчества Карла Ивановича Рабуса, отличавшегося мягкосердечием. Он послал к Саврасовым одного из художников вместе с обер-полицмейстером, чтобы забрать мальчика. Нашли они его на чердаке, куда отец удалил его за страсть к живописи, а на дворе стоял уж ноябрь. Возможно, не всё в этом рассказе точно. Жизнь Саврасова окружена легендами, но это очень похоже на правду.
В архиве училища существует документ о том, что Саврасов был принят в учение в январе 1848 года и первым его преподавателем был К. И. Рабус., ведший пейзажный класс. Начинается полоса ученичества – счастливая полоса в жизни Саврасова. Карл Иванович оказался не просто добрым человеком, для которого его ученики были его семьёй.
Он отличался широтой интересов, прекрасно знал философию, эстетику.
Алексей Кондратьевич Саврасов.
«Степь днём».
1852.
В пейзажах Саврасова начала 50-х годов («Степь днём», «Рассвет в степи») простой, непритязательный мотив.
Алексей Кондратьевич Саврасов.
«Рассвет в степи».
1852.
Это не похоже на видовую живопись того времени. Ведь что такое видовая живопись? Само понятие «вид» предполагает избирательность, нечто замечательное в ландшафте, определённой местности: красиво расположенная группа деревьев, архитектурные постройки, приятно гармонирующие с зеленью, тихие воды залива, обрамлённые скалами… А тут перед нами плоская выжженная степь и громадное небо над нею с застывшими облаками. Единственное, что «ласкает» глаз: на переднем плане несколько зелёных кустов и дрофы на бугорке. Но не дрофы и не зелень здесь замечательны, а эти уходящие дали, синеющий горизонт, это лёгкое движение светотени, передающее ощущение живого пространства, безграничности его, такое близкое сердцу русского человека.
Дмитрий Сергеевич Лихачёв.
В своих «Заметках о русском» академик Д. С. Лихачёв определил как одну из характерных особенностей русского человека – любовь к простору: «Для русских природа была всегда свободой, волей, привольем. Прислушайтесь к языку: погулять на воле, выйти на волю. Воля – это отсутствие забот о завтрашнем дне, это беспечность, блаженная погруженность в настоящее. Широкое пространство всегда владело сердцами русских. Оно выливалось в понятия и представления, которых нет в других языках».
Здесь же, в этих заметках, есть размышления о русской пейзажной живописи, для которой, как считает Д. С. Лихачёв, характерна передача различных состояний изменчивой русской погоды, чуткости ко всем изменениям в воздухе. «Это непостоянство и зыбкость времени – черта, как бы соединяющая людей России с её пейзажами».
Алексей Кондратьевич Саврасов.
«Грачи прилетели».
1871.
Развитие живописного мастерства Саврасова – а на протяжении своей жизни (он умер в 1897 году) художник создал тысячи этюдов и картин – шло к поискам поэтически-обобщённого образа русской природы. В сущности эта картина стала для нас поэтической формулой русской весны. Мы воспринимаем весну, видим её приметы, ощущаем её поэзию, вспоминая картину Саврасова.
Алексей Кондратьевич Саврасов.
«Грачи прилетели».
1879.
Многие современники, в том числе такой уважаемый историк искусства, как Александр Бенуа, считал Саврасова автором одной картины. Но время многое меняет в оценках. Пейзажи Саврасова приобретают с каждым годом всё большее историческое значение; всё больше нас тянет, манит этот образ утраченной нами родины. Всё интереснее нам путь Саврасова, его духовный облик, подробности создания им отдельных картин.
Алексей Кондратьевич Саврасов.
«Сельский вид».
1867.
Третьяковская галерея, Москва
Вот перед нами «Сельский вид», написанный в 1867 году и хранящийся в Третьяковской галерее. Здесь всё представляется как бы знакомым, тысячу раз виденным: дали с зазеленевшими полями, широкой светло-голубой рекой, освещённой солнцем, и песчаной отмелью справа; на переднем плане корявые, голые ветки деревьев контрастируют с уже зацветшими яблоньками; тяжёлые, густые тени на траве и лёгкая бело-розовая кипень. В физически ощутимую прозрачность воздуха естественно вписывается дым от костра, разложенного пасечником. Как будто слышишь жужжание пчёл и крики жаворонков над пашней. Это – целая поэма весны. Но это поэма без метафор, риторических фигур и символики. Автор ничем не выдаёт своего восторга, он растворился, слился с этими далями, необозримостью просторов, прозрачностью воздуха. Эпичностью своей лирики Саврасов отличался и от Васильева, и от своего лучшего ученика, про которого говорили, что он превзошёл учителя, - Левитана.
А. М. Колесов.
«Портрет Саврасова А. К».
Ранее 1902.
Азербайджанский государственный музей искусств, Баку.
Полотно написано в годы, когда художник ощущал полноту и благополучие своего существования. Окончив училище, Саврасов стал преподавать в нём, получил звание академика.
Софья Карловна Герц.
Он женат на сестре своего друга Софье Карловне Герц, и ничто ещё не свидетельствует о том разладе, который через десятилетие лишит его дома и заставит скитаться и много пить. Он говорит своим ученикам о том, что ничего нет выше наслаждений, получаемых от природы, но ещё не похож на странного старика-ведуна, которого встретил Павлов в Строгино. Однако в самых жизнерадостных его пейзажах этой поры есть что-то немного печальное. Это очень остро почувствовал Левитан. В своей статье о Саврасове он писал, что художник избирал для своих полотен не исключительно красивые места, а, наоборот, старался «отыскать и в самом простом и обыкновенном те интимные, глубоко трогательные, часто печальные черты, которые так сильно действуют в нашем родном пейзаже и так неотразимо действуют на душу. С Саврасова началась лирика в живописи пейзажа и безграничная любовь к родной земле.
СМОТРИТЕ ТАКЖЕ:
