- 48 -

Краткая характеристика фольклора Южного региона (зоны).

"Кадастр. Достопримечательные природные и историко-культурные объекты Псковской области". Псков. 1997 год.

 

Обследование южных районов Псковской области – Себежского, Невельского, Пустошкинского – проводилось фольклорными экспедициями Санкт-Петербургской консерватории в 1984-1986 гг. (научный руководитель – А. М. Мехнецов.). В Себежский район состоялось два экспедиционных выезда (лето 1984 и 1986 гг.); было обследовано 154 населенных пункта 10 сельсоветов (Томсинского, Бояриновского, Долосчанского, Глембочинского, Красного, Мостищенского, Максютинского, Александровского, Лавровского, Дединского); зафиксировано 2829 фольклорных текстов. В Невельский район состоялось три экспедиционных выезда (1985-зима, 1985-лето, 1986-зима); обследовано 139 деревнь 9 сельсоветов (Ивановского, Артемовского, Леховского, Лобковского, Новоховановского, Ловецкого, Туричинского, Усть-Долысского, Трехалевского); общий объем звукозаписей – 2721. В Пустошкинском районе экспедиция работала летом 1986; обследовано 67 деревень 8 сельсоветов (Шалаховского, Нового, Гультяевского, Пригородного, Бессоновского, Забельевского, Криуховского, Щукинского); выполнено 956 звукозаписей фольклорных текстов.

Таким образом, в южных районах было обследовано 360 населенных пунктов 27 сельсоветов. Общий объем звукозаписей – 6506 фольклорных текстов.

Экспедиционные материалы свидетельствуют о том, что на указанной территории сформировался самостоятельный этно-культурный комплекс. Для местных фольклорных традиций характерны общие формы обрядово-бытовой практики, жанровой системы, близость ведущих закономерностей музыкального стиля. Традиционная музыкальная культура отличается хорошей сохранностью музыкально-поэтических форм, этнографических сведений о системе календарных, семейно-бытовых обычаев, обрядов. Своеобразные и наиболее представительные черты музыкальной традиции южных районов Псковщины заключены прежде всего в стилистике календарных и свадебных песен, в формах плачевой культуры – голошения свадебные, похоронные, поминальные (Троица), на кукушку. Стилистика местных традиций Себежского и Невельского районов обнаруживает общность с пограничными районами Витебской, Смоленской областей.

Показательны для южно-псковской традиции и формы словесного фольклора: былички (о «домовиках», «чаровниках», русалках), поверья, предания, заговоры.

Основная территория распространения песен, связанных с календарно-земледельческими обрядами – Себежский и Невельский районы.

Календарные обряды

СВЯТКИ. В материалах экспедиций содержатся сведения о разнообразных видах гаданий, о традиционных молодежных вечорках, об обычае ряжений, об обрядовых формах озорства молодежи.

Святочные ГАДАНИЯ: слушали под окнами, на мельнице (иглу мололи); олово лили; лучину мочили в колодце, зажигали; снег пололи; рассыпали перед курицей зерно; гадали в бане – голой или «шаклатой» рукой схватит; считали дрова.

Для РЯЖЕНИЯ использовали вывороченные шубы, шапки, изорванную одежду; надевали маски. Ряженые мазались сажей, лохматили волосы, старались выглядеть пострашнее или посмешнее, «как скоморохи такие ходили»; рядились, чтобы не узнали.

Среди персонажей ряженых или, как их еще называли, «наряжоников» - солдат, цыганка с ребенком, беременная женщина. Такие маски, как «Дед» («Дедок»), «Баба-Яга» воскрешают образы мира предков.

Ряженые участвовали в традиционном обходе дворов накануне Рождества. Колядовщики ходят по деревне, поют под окнами, пляшут, зайдя в дом. Их одаривали хозяева колбасой, «кишкой», салом, деньгами.

В крестьянской традиции сложилось представление о «каледах» - колядовщиках, обходящих дворы; о «Каляде», персонаже, обряда, имеющем антропоморфный облик (в Пустошкинском районе «Каляду» делали из соломенного снопика); колядой также именуют день накануне Рождества, Нового г. («богатая»), Крещенья («бедная»). В эти дни в домах застилали пол соломой ужинали на сене.

В Крещенскую Коляду варили пшеничную кашу с медом, вечером выходили с ней на крыльцо (либо ставили на окно) и звали МОРОЗА: «Мароз-Мароз! Хади куттю исть!» Кутью оставляли на всю ночь.

От Рождества до Крещенья – время традиционных супрядок, завершающихся молодежным гулянием с хороводами, играми, плясками.

Основные сюжеты колядок включают описания богатого двора: повествуют об одаривании при обходе; о поездке хозяина в Нов-город. Наиболее распространенный зачин:

«Как пришла Коляда упяред Рождества, Коляда, Коляда!». Реже встречаются следующие сюжеты: «Что у тебя, волча, хвост косматый? Коляда!», «Ишла Коляда по льду, рассыпала Коляду», «-Коледушка-Коляда, почему вчера не была?» По бору-бору да по вересту, Колида, Колида!

МАСЛЕНИЦА. Широко распространены разнообразные катания с гор, на озере, реке, по деревне.

В четверг на Масленичной неделе – праздник «брыксы» («кирмаш», «Власий») с участием одних женщин.

Многочисленны сведения о кострах в последний день Масленицы. Записаны отдельные упоминания о ряженых, о чучеле.
Масленичные песни – неотъемлемая часть праздника. Они исполнялись во время гуляния по деревне, либо, стоя в кругу. Зафиксирован обычай пения на сугробах («суметах»). Чаще начинали петь с четверга, реже – с понедельника масленичной недели. Традиция пения масленичных песен связана с территорией Невельского района. Среди основных сюжетов: «А мы Масленицу дожидали» (прокатали) «А мы весь Рожствов пост не пряли», «А нас Масленица сподманила», «Наша Масленица дорогая», «Вился хмель по болотам», «Шла коза по Ердани, несла письмо у кармане», «Пташечка полевая, где ж ты ночушку ночевала», «Не с гор горы снежки сыплют».

В ВЕЛИКИЙ ПОСТ пели баллады, духовные стихи: «Жил-был Лазарь», «Как затрубят святы ангелы во трубы позолочены», «Душа с телом расставалася», «Ишли-брели три черниченки», «Собиралися цари-короли», «Ходил Божа по всему свету».

В СОРОКИ пекли «сорокушки», ребята бросали щепки на крышу сколько бросят, столько летом найдут птиц.

ПАСХА. Некогда широко бытовал обычай обхода дворов с пением песен. Он сохранился вплоть до 40-х годов («после войны уже бросили ходить»). Зафиксированы отдельные сведения о пасхальном обходе и в наши дни.

В первый день Пасхи собиралась «партия» - мужчины, женщины и обходили свою деревню и ближайшие. В старину ходила молодежь или группа мужчин. Вспоминают мужские «артели», которые сопровождали пение игрой на скрипке, цимбалах; в более позднее время – гармони, балалайке (возможно было и одновременное звучание нескольких инструментов.). Такое исполнение песен согласуется с традицией, распространенной в южных районах России, в Белоруссии. Среди тех, кто обходил дворы упоминаются и женщины, а также бедняки, собирающие подаяние. Особо отмечают участие пожилых людей, знающих песни.

В местных традициях встречаются различные наименования песен: «христовские», «волочебные». Исполнителей песен называли «волочебниками», «волочобниками», «волынщиками», «лалымщиками», «христославщиками». Хозяева одаривали волочебников яичками, пирогами, сыром, маслом.

Основной песенный сюжет, сопровождающий весенний обход дворов, включает перечисление годовых праздников и работ, соответствующих им по времени. Варианты зачинов могут быть следующими: «Волочилися волочебники, Христос воскрес, сыне Боже!»; «Пришли-встали, Христос, сыне Божий, воскрес!; «Идем-бредем, Христос, сыне Божий воскрес!» Встречаются также сюжеты: «Рано-рано солнце играло, шуги-луги зелены!», (пава летала, перья теряла, веночек плела, на море понесла; стрелец Иванюхна хочет орла убить).

ЕГОРИЙ. В Невельском районе в канун Егория женщины «подмывали коров» - всю ночь гуляли, плясали. Повсеместно распространен обычай первого выгона скота в поле. Хозяева трижды обходят скот, держа икону, решето с зерном, яичками; стреляют в ружья. Вербу, которой гонют в поле, затем втыкают в рожь. К этому дню пастухам красят ольхой яички. Один из редко встречающихся обычаев – борьба, парни боролись на ржаном поле («чтобы снопы, хлебы росли большие»). В ряде случаев упоминают о пении егорьевских песен в канун Егорьева дня, когда «подмывали коров». Более частые свидетельства о пении песен в Егорьев день на поле во время пастьбы, либо – во время угощения.

Записи егорьевских песен немногочисленны, так, например: «Святой Егорий, где был-пробувал? Христос воскрес, сын Божий!»

ИВАН. Иванская обрядность является наиболее развернутой среди других праздников весенне-летнего периода. Среди часто встречающихся ритуальных моментов – сбор участников праздничного гулянья; само гулянье (ходили за несколько километров.); приготовление обрядовой еды «кулаги», выход с ней на гору, в рожь. Каждый из моментов сопровождается пением специально приуроченных к ним песен.

Повсеместны рассказы о кострах на ржаном поле, о факелах, зажженных колесах. Интересно объяснение исполнителями действия огня и песен, звучащих в этот момент: «каб русалки не ходили, не топтали там ба», «ведьму гоняли купальскую». Действие сопровождалось катанием на качелях, пением, игрой на инструментах, пляской. Пепел от иванского костра рассеивали по полям, по хозяйственным постройкам.

Разнообразны обрядовые формы озорства молодёжи в купальскую ночь – это катание и шуточная борьба во ржи; шалости в деревне. Вспоминают ряженых, обмотанных вывернутой шкурой («равно какий зверь пришел»; «роги приделають»), одетых в рваную одежду («сделаиссе пугалай»). Рассказывают о таких «чаровницах», «закликухах», скачущих на палке.

Собирая цветы, загадывая на венках, шли в поле, в лес, на берег реки, пели иванские песни. Исполнение песен связано с периодом: начало весны – Егорий – Вознесенье – Иван. В ряде случаев строгое разделение между иванскими, петровскими и толочными песнями отсутствует.

Устойчива традиция весенних, русальных, петровских, осенних толок, которые устраивались для вывоза навоза на поля. Хозяин приглашал себе помощников из родни или соседей, которым затем помогал и сам. Существовало определенное распределение обязанностей: мужчины – «копачи», женщины – «трясенницы», «разбивальщицы», «дети» - «повозники», «гонщики». Ритуальное значение имело традиционное угощение на толоках – каша из яичных круп, сырница и овсяный кисель. Кашу крали, украшали на поле цветами, требовали за нее у хозяйки выкупа. Традиционно толочное обливание водой. Обливали всех и каждого и прежде всего хозяина с хозяйкой (чтобы «хлеб урожайным был»). Толочные песни пели на поле, по дороге домой, во время обеда.

Основные сюжеты весенне-летних обрядовых песен:

ВЕСЕННИЕ: «Весна, весна, весна теплая, Что нам принесла, весна красная», «Зима моя, зима морозная, Я тебе, зима, промышлен Буду».

ИВАНСКИЕ (КУПАЛЬСКИЕ): «Орел – божжа птица высоко летает, много чего знает», «Як на Ивана солнца играло, Иваниха сама встала», «Иван да Марья, на горы Купальня», «Иван Марью зовет, Иван Марью кличет», «Звала Марья Ивана в поле погуляти», «Где Марья ходила, там жито родило», «Ванюшкина мамка по бережку ходит», «Иванькина мамка всю ночку не спала», «Иванская ночка мала-невеличка», «Иван-Иван – старый дед, Иван ходит по горы», «Иван-валочуга, ты где волочился?», «Иван едет, Пятро везет рано, рано, Пятро везет», «Перед Ппетром пятым днем, вот люли, пятым днем», «У нашего Ивана усе по разряду», «Диво-диво за рекою, дивней того в нашем боку», «Собирайтесь, девки, Ивана пеяти, солнца пильнувати», «Сбирайтесь, девки, Купальню пеяти, трох змей пельновати», «Ужо Иванька наступает и трох змей сокликает», «Мы дернем-подернем по три зерны в жорны», «Ходил Иван по вулицы, збирал девок на Купальну», «Летел чижик через рынок», «На святого Ивана девки зелки копали», «На цветного Ивана в саду девки гуляли», «Пойдем, девки, лугом, станем девки кругом», «Пойдем мы сестрички под ясну зарицу, ночка мала, купальная», «Мое поле кругло, кругло невеличко», «У саду-садочку на уголку, висела колыска у шалку», «У бору колыска ни высока, низка, ночка мала, купальная», «Звенела пчелка, по двору летая, ночка мала купальная», «Плакала сиротка, к земле прилегая, ночка мала, купальная», «Иванска ночка, купецкая дочка», «Мой татка, мой родный, что в гости не едешь», «Пятрова ночь маленька, не выспалась паненка», «Мой папынька, мой родный, не отдай замуж далеко», «На горы бабы сидели, в кулаках земельку вертели», «Иван молодою, не стой над рекою», «Пойду погуляю, как рыбка в Дунаю», «Через гору черна стежка, по ей сзаду красна девка», «Как посею мак, мак, конопельки», «Запашу я боб за горою, повадился дед с бородою», «Сегодня Купальня, завтра Иван, будет лиха, мальцы вам», «Как на горы купарос рос, а черт мальца за хохол трес», «Перед Пятром пятым днем загорелся шерый бор», «Як у поли на дервани мальцы суку разорвали», «Шуги-шуги, комары», «Зелененький виноград, только зелен на погляд», «Травка-муравка, желтый цвет», «Як на елке, на сосенке щебетали две ластовки», «Як взайду на гору, як взгляну под зару», «Ходила по сеням, ходила по новым», «Червоная рожа, зелена-пригожа», «И стой колодезь повен воды, свекор за водой шлет», «Пойду, млада, по воду, пущу суды под гору», «Широк лист на калины и шире того на дубочку».

ТОЛОЧНЫЕ: «Чья ета нива, широка, пригожа?», «В нашего соседа сягодни беседа», «Пойдем, девки, в жито», «Хызяин быгатый на поля выходит, севалку выносит», «Хозяин-паночек, выйди на дворочек», «У нашей деревни усяго три ведьмы», «Червоная рожа, ня стой при дороге», «Как за речкой, за рекой там стоят люди толокой», «У во ржи на межи на межи колеса скрипят», «Медуница, медовая. Что не растешь по всем лугам?», «На горы лен бел-кудрявой, не с кем встати, ленку брати», «Посеяли девки лен в чистам полюшке под дубом», «Посею я лен-конопельки, прилетели пташки-воробейки», «Мяту я двор метелочкой, метя я двор, Прислухаюсь», «На горы девка пшонку жнет. – Погляди, девка, тучка идет», «Через реченьку, через быстрыю доска ляжить», «Наш барашечка черненький, черненький», «Как на горушке, на горы, на высокой, на крутой», «Что в поле дым – тростье горит», «Давно я, давно я у татки была», «Знать наша доля такая, наша хозяйка скупая».

Наряду с толочными песнями в весенне-летний период календаря исполняются и лирические песни, которые также сопровождают цикл полевых работ (поют «як у рожь идем после Узнесения», «навоз развозим, картошку сажаем»). В Себежском районе лирические песни исполнялись преимущественно весной (их называли «весенними»); в Невельском районе закрепилась летняя приуроченность, песни бытуют под названием «летних». Эти песни звучат при возвращении с поля домой, переходя с поля на поле.

ПРИУРОЧЕННЫЕ К ВЕСЕННЕ-ЛЕТНЕМУ ПЕРИОДУ ЛИРИЧЕСКИЕ ПЕСНИ: «Коло саду братец едеть, ко мне в гости не заедеть», «Мальчик черной, чернобровый, потеряшечку девка потеряла», «Соловей мой, соловей, голосистый молодой», «У мамки жила, курей ня чула, зари не знала», «Як шел казак с бору, проклинал свою долю», «Ня шум шумит, не зяленая дубровка, шумит милого головка», «Погоститя, мои гостеки, на моем дворе тихохонько», «Ня пой, соловеюшка, ня пой, дробная пташечка», «Горя мое горя, не удалася доля, не удалась замужжа.», «А тыб, я бяроза, а ты пьян, я твяроза», «Горя мое горятноя, что жилле мое худоя», «Ни доля, ни доля, ни счастя мое». «Отдал мене татка замуж далека», «А ты ель, ты ялинка, кудрявая дирявина». «Молодец коня пасеть, у свирелочку играеть», «Что ж ты, Ванюшка, невесел, буйну голову повесил?».

ЖАТВА. Обычаи, поверья, приметы, связанные с жатвой, в южной зоне некогда имели широкое распространение. Довольно полно и разнообразно сохранились здесь музыкально-поэтические обрядовые формы. Развитая традиция исполнения обрядовых жнивных («жнейскмх») песен обнаруживает общность с традициями пограничных районов Смоленской области и Белоруссии.

По воспоминаниям исполнителей, важное значение имели обычаи, связанные с «зажином» - началом жатвы, в котором должны были участвовать старшие в семье. Магическое значение имела «первая пястка» - несколько колосков, которые сжинали первыми; кроме того, семена из первой пястки добавляли в посев озимой ржи. С началом жатвы был связан и обычай заговаривания серпа: «Не режь, сярпок, мои белые ручки, а режь, сярпок, золотоя житцо». Первая пястка наделялась и целебной силой, избавляла от боли в спине. В Пустошкинском, частично в Невельском районе первую пястку называли «боговой бородой». На более широкой территории «боговой бородой» называли несжатую пясть колосков, которую оставляли на ниве по окончании жатвы, пригибали к земле, завязывали ленточкой. По свидетельству исполнителей так делали для того, чтобы в следующем г. «рожь была чиста, колосиста».

Широкое распространение имеют поверья, связанные с заботой о хлебе. Среди них – рассказы о порче посевов колдунами («заломы») – скрученные колосья не сжинали, оставляли на поле, затем сжигали.

Обрядовые жнивные песни начинали петь с начала жатвы. Песни ззвучали во время перерывов в работе, когда жнеи отдыхали на ниве; вечером – по пути домой.

Песни, исполнявшиеся в период жатвы и других уборочных работ, имели как общие наименования – «жнивные», «жнейские», так и определения, указывающие обычно на время и характер полевых работ: «зажиночные», «пажинные», «пажонские», «дажонские», «обжиночные», «аржаные», «житные», «яровые», «яринские», «льняные».

Важное значение имеют упоминаемые исполнителями обстоятельства исполнения песен – пение на снопах, на горе, которое предполагает особу. Обрядовую манеру «кричать» песни (чтобы «гулы раздавались»). Пение жнивных песен в конце жатвы служило своеобразным «знаком» окончания работы для других жней. С завершением жатвы связаны разнообразные обычаи, например: прятали в завернутый в платок хлеб в середину нивы и затем все вместе дожинали оставленную несжатую полосу («ловили перепелку»).

Среди дожинных обрядов важное значение имеют обряды последнего снопа. Жнеи несли последний сноп на голове; украшали его цветами: плясали.

Представление о ритуальной еде, которой хозяева угощали жней, складывается на основе поэтических текстов, в которых упоминаются каша с маслом, с салом, сыр, пиво, «горелка».

Зафиксирована традиция женского праздника на пожинках гулянье на ниве, либо в доме, во время которых угощались, пели и плясали. На ниве устраивали костер, плясали вокруг костра босиком, «раскидають всей кастер нагами».

Основные сюжеты ЖНИВНЫХ, ЯРИНСКИХ песен: «Солнышко за бор, пусти барин домой», «Солнушко за бор котится, мне к мамке в гости хочется», «Ай, жоночки, пора домой, на дворе смеркается», «А я жала хапу, хапу, нажала я капу, капу», «Пойду, млада, дорогою, пущу голос дубровою», «Летел раек дороженькой, нехто раек не перенял», «Жала, жала до вечера, заболела сяредина», «Добро жито да реденько, болит мое сяреденко», «Пора, пора домой идти, мене дома дожидають», «Пора, пора домой идти, у мене мамка неродная», «Пора, пора домой идти, потеряла заря ключи», «Да мяжи пожнемся и горелки напьемся, слава Богу!», «Видить мое вочко, межа недалечка, слава Богу!», «Жнеи, мои жнеи, жнеи дорогие», «Чые ета поле задремало стое, слава Богу!», «На нашей на нивке сягодне пожинки, слава Богу!», «На дворе не рано на лен роса пала, э-я-я, е-е!», «На дворе не рано, солнце невысоко, о-е!», «Нива, нива, подай мою силу, ой, нива, нива!», «Выходила пригрозная туча с-под темного лесу, выходила», «Говорило едраное жита: у поле стояти, эй, не могу я», «Соловейка, не летай по полю, соловейка!», «Закурився да дробненький дожжик, закурився», «Зеленым лугам, зеленым лугам, лели, рано, трава зилена», «Як у болоте, як у болоте, лели, рано, да на колоде», «На горы лке, лен, на горы лен, лели, рано, да лен зяленой», «А в борочку титярок балбочать, ой, люли, рано Балбочет», «Ярися, ярися, яринка, ой, люли, рано, яринка», «Мое жито реденько, болит моя сярединка», «Поля, поля! Отдай мою долюЮ поля, поля!», «Нивка, Нивка! Подай мою силку, что я тебя жала», «У нас сягодня война была, мы два поля зваевали», «Два поля пожали, третье запахали, ой, слава Богу!», «Чьи ета жнеи чернаи что змеи, дива, дива!», «Хозяин-паночик, выйди на дворочик, а-е, а-е, а-е!», «Ходил козел по мяжи, дивовался бороды, диво, диво!», «Я думала – зажалася, ажно с козой осталасе», «Наш садочек зялен-зялен, зеляней яво нетути», «Да ти полна золотая чара зиляного вина, ай, да ти полна?», «Коло лесу туман, туман, в чистом поле полюшка», «Пора жнейкам домой идти, потеряла заря ключи», «Заря моя, заряночка, чего рано за лес зайшла?», «А ты солнейка с зарой, заходи за лес порой», «Непогадливая солнушка рано всходит, поздно котится», «Не катися, мое солнушка, мне домойки далека идти», «Заря моя, заряночка, вскатися ты ранехонька», «Когда моя дочушка жнеть, пушчай ина домой идеть», «Молодая по полю гуляла, ой, люли, рано, гуляла», «В поля нега минулася, а я к папке вернулася», «Повей-повей, буен ветер, повянь-повянь, трава мята», «Надоела жарота-пякота, надоела тяжкая работа», «Над белый бярезый кукушка кукуеть», «Мижи гор бяреза зелена стояла, ой, стояла», «Как летала ярая пчалинка по белому свету, да летала», «Как пойду я коло лесу близку, коло земли низко», «Как пойду я коло лугу, выломлю я смродинку», «Наша поля вяселая, а кто ж яво веселить будеть», «Шерая перапелка, где зиму зимовала, тепла лета летавала?», «Перапелка, шера головка, ня вей гняздечка зли дороги», «Говорил, мой лен-зялен ли дорог болтаетца», «Кругла-мала болотиночка, налетела полна пташечек», «Тонкая дерявцо калинка, ой, люли, рано, калинка», «На море жабка, на море жабка, лели, рано, красенцы ткала», «В еравым поле, в еравым поле, рано, вороны кони», «Зяленая лреховья, зяленая ореховья, через тын на улицу», «Мокрая дорожухна, мокрая дорожухна, тин я дождь тебе змачив», «Зы болотом косец косить, а ен косить и голосить».

ЛИРИЧЕСКИЕ ПЕСНИ песни имеют как календарную приуроченность, так могут исполняться в любое время. Кроме того, лирические песни, «хрестьбинские», сопровождают крестильный обряд. Среди таких песен: «А як наша бабка богатырочка была», «А кум кумке родной брат», «На горе дубье разлегается».

СВАДЕБНЫЙ ОБРЯД В традициях Себежского и Невельского районов обрядовые действия имеют сходные черты. Структура обрядов, составлявших цикл свадебного дня, определенно указывает на типологическую принадлежность обряда данной территории к белорусско-западнорусскому типу ритуала, для которого характерна двухэтапность передвижений партий невесты и жениха в свадебный день. В свадебной традиции Пустошкинского района такая двухэтапность отсутствует.

Среди свадебных персонажей, характерных для данной традиции, отметим: старшие сват и сваха, боярки (подруги невест), свашки (родня жениха), приданки (родня невесты), кашники.

Традиционное время свадеб – Мясоед (от Рождества до Крещенья). Сохранились воспоминания о древних формах обряда, когда «невест крали» - увозили с ярмарки, с кирмаша; о том, как отдавали «сельма» - насильно. Парню 25-30 лет, задумавшему жениться, шьют штаны. Встав на скамейку, он должен прыгнуть в штаны, которые держит мать. Если попадет в обе штанины, пора жениться, не попадет – «еще посиди»; девка прыгает в юбку.

СВАТОВСТВО – сват с женихом, либо с родителями жениха приезжали вечером. Заходя в дом, сват ронял ухваты у печи, опрокидывал помело, произносил особые приговорки. В том случае, если жениху отказывают, говорят, что он «остается с головешкой». Если невесту просватают – МОЛЯТСЯ БОГУ. Жениха и невесту ставили перед иконами на колени, «старики» (сват, отец жениха) становились сзади. После молитвы «сватам наметки повешают, невеста давала жениху «задаток».

«ГЛЯДИНЫ» («ОБГЛЯДИНЫ») – смотрели дом, хозяйство жениха.

Через неделю – «ЗАРУЧИНЫ» («ЗАПИВКИ», «ЗАПОЙКИ»). В доме у невесты договаривались о сроках свадьбы, количестве гостей. Для молодежи из окрестных деревень устраивали гулянье. Старшего свата и свекровь покрывают наметками. До свадьбы жених приезжал за невестой, катал на жеребце.

ДОВЕНЕЧНЫЕ ОБРЯДЫ – от недели до двух – прощание с родными, со всем, что невесту окружало прежде. Все происходящее сопровождается голошением: «девушки отпевали невесту, она ревела». Сохранились воспоминания о старушках, помогавших невесте голосить, «заводивших» всю свадьбу. Боярки, держа невесту под руки, водили ее по деревне, заводя в дома, где она с каждым прощалась, «обголашивала»; водили на токи, «в три поля»; невеста «просила прощения», «благословления», кланялась, голосила, «боярки приголашивали», пели «прощальные песни»; невеста сбоярками шла на кладбище «с музыкой» - звучание голошения имитировалось на скрипке. Невеста-сирота голосила с боярками по вечерам, голосила в окно, призывала родителей. Сохранились редкие упоминания о невестиной БАНЕ. Ведут в баню, неся украшенный веник, поют песни. Боярки живут у невесты неделю, помогают шить. В Невельском, Пустошкинском районах сохранились немногочисленные сведения о елочке – невестиной «красе».

ВЕЧЕРИНКА – накануне венчания: приезжает жених, невеста отдает ему подвенечную рубаху, боярки «шили» венок. После отъезда жениха невеста с боярками голосит, «спасибо дает» за венок.

ДЕНЬ СВАДЬБЫ. До приезда жениха (в традиции Пустошкинского района) пожилая женщина забирается на печной «столоп», вокруг которого остальные женщины, и «всем миром» говорят: «Святой Кузьма, скуй свадьбу нам крепку крепкости!» Затем «хлещут», кокорками, которые испекла мать невесты, притоптывают.

Невесте, сидящей на квашне, расплетали косу, ЧЕСАЛИ голову, она голосила, боярки «приголашивали». После того, как расплетут косу, крестная обводит невесту трижды вокруг стола, ей одевают на голову венок. Сохранились воспоминания о подменах невесты.

НАДЕЛЕНИЕ происходило как в доме жениха, так и в доме невесты. Крестная заводит невесту за стол, на котором стоит «надельный пирог». Первыми наделяют родители, затем подходят родственники, кладя на тарелку деньги. Невеста голосит, призывая родных, кланяется, «приголашивает» мать. В этот момент возможны имитации голошения на скрипке (скрипач «приголашивает»), исполнение «надельного» марша (на скрипке и цимбалах). Жених и невеста вместе или раздельно направлялись в церковь, но после венчания ехали в дом невесты – свадьба «с заездом» (по отдельным сведениям – возвращались в свои дома). Жених едет в церковь с «надельным» хлебом, который затем отдает свекрови.

После венчания отправляются к невесте «НА ЗАЕЗД»: в доме невесты молодых встречают хлебом-солью, обсыпают овсом, ячменем. Жениховы гости гуляют у невесты всю ночь, всем поют свадебные песни. Когда отъезжают, «крадут» курицу; в доме жениха отдают свекрови.

Наутро отправляются к жениху – «НА КАШУ». Кашники («закашники») или крестная жениха везут с собой «добро» (сундук с приданым), который жених выкупает у матери невесты. Когда везли, кричали: «Каша едет! Кашу вязут!» Свекровь встречает молодых в вывороченной шубе, посыпает их зерном, они ступают по шубе, переходя через порог. В застолье «опевают» молодых, гостей. Звучит «надельная» музыка. Молодых сажают на хлебную дежу, покрытую шубой, связывают наметками; покрывают наметками кашу – «кашу крыли». Наметками связывают свата и сватью.

ПОВЯЗЫВАНИЕ: крестная (или шаферица) снимали с невесты, посаженной на квашню, венок («роги сбивали»). Крестная (или свекровь) пляшет с венком на лавке, надевает его жениху; невесте «закручивают волосы», делают женскую прическу, затем повязывает шалью (одевали повойник; кокошник – Пустошкинский р-н). Зафиксированы сведения о ряженых на свадьбе. На следующий день – «ПЕРЕЗЫВКИ». Невеста пахала пол, носила воду, которую выливали, пока не откупится. В застолье поют свадебные песни, звучит «надельный марш». Невеста одаривала близких жениха. После свадьбы – традиционное гощение зятя у тещи – в Рождество, Крещенье, Пасху, Троицу.

Основные СЮЖЕТЫ СВАДЕБНЫХ ПЕСЕН поют НЕВЕСТЕ-СИРОТЕ ДО ВЕНЦА, реже – ЗА СВАДЕБНЫМ СТОЛОМ: «Не спеши, Марфутка, на свою свадебку», «Видать по беседе – сиротская свадьба», «Видать по примету, что батюшки нету», «Как крякнула утка во тростничке сидя», «Невяселый день без красного солнушка», «Ня стой, Боженька, под окном, ходи, Боженька у хату», «Яблонька, яблонька да ти все вятье», «Выйдите, женушки, на улицу, ти шумит дубровка зеленая».

Поют НЕВЕСТЕ – ОЖИДАНИЕ ЖЕНИХА, ПРОВОДЫ К ВЕНЦУ, НАДЕЛЕНИЕ, ПОВЯЗЫВАНИЕ: «Перебела белешенька, Люсенька», «На море уточка купалася, своему перью дивовалася», «Что сидишь, что думаешь, Танютка», «Пышные, гордые боярочки», «Летели гуси в ряд да не гаркали», «Куковала кукушечка, вылятая с гнездечушка», «Кукувала кукушечка у саду», «Катилося ясное солнышко с-за горья», «Казали в Дунае воды много, стали выливать – нет ничего», «Кланялась вишенка в зеленом саду», «Боярочки-обманочки вы мои, обманули меня младеньку», «Еловата сосна, что в лесу, виноват тот папка, что в дому», «Шумит березка, шумит белая, с листочком расстается», «Сваты-сваточки, браты-браточки, берегите нашу лебедку», «У нас сегодня новина – в саду калинка расцвела», «Не жарко горит калина, не жалко плакала Анна».

ПРОВОДЫ ЖЕНИХА, ПОЕЗДКА, ВСТРЕЧА У НЕВЕСТЫ: «Как по терему пташечка погуркивала», «Как плакнет, плакнет, родная маменька по сыну», «На небе месяц нарождается, молодой Коленька снаряжается», «Бегите, коники, дорогою», «Через бор зелененький бежит конь вороненький», «Бог по пути, Бог по пути да лихой не мути», «Куда, куда, соловеюшка полетел», «Вился вихор перед тучею».

ПОСЛЕ ВЕНЧАНИЯ ЕДУТ НА «ЗАЕЗД» К НЕВЕСТЕ; ВСТРЕЧА: «Феденька, не становись под рябининкой», «Не видать месяца из-за облака, Ванюшки – из большой поезды», «Перейми, теща, зятя красивого», «Понаехало стрельцов-бойцов повен двор», «Не было ветров – понавеяло, не было гостей – понаехали», «Где была, Олечка, долго боялась», «Ходи к нам, коханка, ходи к нам, нежанка», «Оставайся, моя мамонька здорова».

МОЛОДЫЕ ЕДУТ К ЖЕНИХУ; ВСТРЕЧА: «Соколы ясные, где вы летали», «Взошел месяц над избою, взял зарицу за собою», «А дай, Боже, дороженьку счастливу», «Пойдем, братейко, домойки, возьмем нявольничку з нявольки», «Катится, валится молода на двор», «Выйдете, ребята, послушайте, ти шумит дуброва зеленая», «Выйди-тко, маменька на ганечек, перейми приданочек», «Выйди, свякровка, горбатая, перейми нявестку богатую», «Кланяйся, Леночка, моей мамоньке», «Пора сватам до дому», «Гости к нам, а у нас добро».

В ДОМЕ У ЖЕНИХА, ЗА СТОЛОМ ОПЕВАЮТ МОЛОДЫХ, ГОСТЕЙ (величают, корят): «Бог баслав нам свадьбу играть», «Эй святой Кузьма-Демьян, скуй нам свадьбу», «Ягода с ягодой сокатилися», «Повязаночка плачет, повязаться не хочет», «Что это за пташечка, серая кукушечка», «Приданые-удалые, ладу-ладу!», «Теща зятя пивом напаивала», «Как у нашей бяседы появився вумный гость», «Крестного батюшки борода горит», «Крестная матушка на куте сидит», «Не стреляй, Васютка у шерый бор», «Пора тебе, Ванюшечка женитеся», «Летал соловей по столу, поймав Ванюшка», «Подкатилися сваточки, шевелите кошелечки», «А мы свата обманили – старой бабой нарядили», «Как Иваныва поезда из выбора повыбрана», «Приданые-неудалые у хлев заехали», «Гости в хату лезут, у печь поглядают», «Вот дары, вот дары богатые». Инструментальная музыка южной зоны связана с пастушеством (дудки, жалейки, рожки, трубы); с традицией гуляний, ярмарок (гармони, балалайки); включается в систему календарных и свадебного обряда (скрипки, цимбалы, единичные упоминания о волынках). Система инструментальных наигрышей такова: наигрыши, сопровождающие гулянье, «ломанье», «под драку» («скобарь», «длинного», «синерецкого», «новоржевского»); наигрыши под пляску («кружка», «русского», «камаринского», «суп варить», «цыганочка», «лявониха», «лентяя»; наигрыши под песни («новгородского», «страдания»). (Теплова Е. И.)

 

"КАДАСТР. ДОСТОПРИМЕЧАТЕЛЬНЫЕ ПРИРОДНЫЕ И ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНЫЕ ОБЪЕКТЫ ПСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ". ПСКОВ, ПСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ ИМ. С. М. КИРОВА. 1997.