Анна Иоанновна в живописи

 

И. Шарлемань.
«Императрица Анна Иоанновна разрывает «кондиции» в 1730 году в Москве».

И. Шарлемань. "Императрица Анна Иоанновна разрывает "кондиции" в 1730 году в Москве".

АННА ИВАНОВНА (28.01.1693 – 17.10.1740 гг.) – российская императрица с 1730 г., герцогиня Курляндская с 1710 г.

Она была дочерью царя Ивана V Алексеевича, старшего брата Петра I и царицы Прасковьи Федоровны (по рождению Салтыковой). В 1710 г. Анна обвенчалась с племянником прусского короля, герцогом Курляндским Фридрихом-Вильгельмом. Брак был заключен по политическим мотивам.

В январе 1711 г. муж Анны скончался. Анна, должна была, согласно воле Петра I, поселиться в Митаве, столице Курляндского герцогства (ныне Елгава в Латвии). Там она прожила 19 лет. До 1730 г. Анна находилась в полной зависимости от своих родственников, занимавших российский престол. Но неожиданно умер император Петр II, внук Петра I. Верховный тайный совет пригласил Анну Ивановну занять российский трон. Но «верховники» обязали ее подписать «кондиции» - условия, по которым власть передавалась в руки членов Верховного тайного совета.

В феврале 1730 г. Анна Ивановна, поддержанная дворянством, отказалась выполнять волю Верховного тайного совета, публично разорвала «кондиции» и стала самодержавной российской императрицей. Она ликвидировала Верховный совет и расправилась со своими недругами. Императрица предоставила государственные заботы своим приближенным. А. И. Остерман ведал внешней политикой, Феофан Прокопович руководил церковными делами. Наибольшую свободу действий получил фаворит императрицы Э. И. Бирон. На все важные посты в управлении государством он пригласил иностранцев. Недовольные жестоко преследовались. Недаром время правления Анны Иоанновны получило название «бироновщины».

Войны и попытки правительства собрать все подати и недоимки привели к разорению и запустению многих хозяйств, сокращению населения России. В результате русско-турецкой войны 1735-1739 гг. Россия возвратила себе Азов, присоединила Молдавию, но потеряла земли по западному побережью Каспийского моря, завоеванные Петром I.

В это время были дарованы значительные льготы дворянству: отменен закон о единонаследии, дворянам разрешалось получать образование дома, они получали право выходить в отставку через 25 лет (этот закон был вскоре отменен, так как очень многие хотели им воспользоваться).

Сама Анна Ивановна тратила громадные суммы на балы, маскарады, приемы послов и различные праздники. Самим известным из ее развлечений стала потешная свадьба шутов в специально выстроенном для этого Ледяном доме. При ней в России впервые появились опера и зоопарк.

Школьная энциклопедия. Москва, «ОЛМА-ПРЕСС Образование». 2003 год.

* * *

 

Виталий Ермолаев
«Анна Иоанновна».

Виталий Ермолаев. "Анна Иоанновна".

В последний день октября 1710 года Петербург в первый раз видел большое придворное торжество, подобающее столице: в этот день происходило бракосочетание племянницы Петра, царевны Анны Иоанновны, будущей императрицы, с герцогом Курляндским. Для венчания избрана была церковь в доме князя Меншикова на Васильевском острове. Петр хотел отпраздновать свадьбу с возможной пышностью. Сам он, вопреки своему обыкновению, облекся в парадное платье: красный кафтан с бобровой оторочкой, со шпагой на серебряной перевязи. На голове у него был высокий напудренный парик, на который нельзя было шляпу надеть, и приходилось держать ее в руке. Царь сам вез невесту к венцу по Неве на катере. На гребцах были голландские куртки с вышитыми серебряными гербами. На другом катере следовали немецкие музыканты, игравшие на роговых инструментах. Жениха привезли с такой же торжественностью. Царь держал венец над герцогом, а Меншиков над царевной. По окончании венчания состоялся парадный обед тут же в доме Меншикова. Обед сопровождался любимой забавой Петра: на оба главные стола поставили два громадных кондитерских пирога, из которых среди общего смеха выскочили карлик и карлица. Петр взял карлика на руки и перенес его к карлице, после чего маленькая чета протанцевала среди блюд и графинов, французский менуэт. Когда смерклось, на невской набережной вспыхнули потешные огни и осветились транспаранты. На одном из транспарантов изображен был купидон, сковывающий молотом пылающие сердца, с надписью: "Два воедино соединяю". И надпись, и картина были придуманы самим царем.

Карлики вообще составляли одну из любимых забав Петра, и в следующем месяце он доставил себе и приближенным новое развлечение -- потешную свадьбу карлика и карлицы, на которую собрано было отовсюду до 70 маленьких человечков обоего пола.

В. Г. Авсеенко. «История города Санкт-Петербурга в лицах и картинках».

* * *

 

«Церемониальная процессия на Соборной площади в день коронации Анны Иоанновны».

"Церемониальная процессия на Соборной площади в день коронации Анны Иоанновны".

По завещанию Екатерины, российский престол в случае смерти наследника должен был перейти к дочери Петра Великого Елизавете. Однако Верховный Совет рассудил иначе. Для того, чтобы "себе воли прибавить", верхушка московской знати, заседавшая в Совете, составила ряд условий, значительно ограничивающих самодержавную власть, и предложила подписать их Анне, дочери царя Иоанна Алексеевича и царицы Прасковьи, родной племяннице Петра I, вдовствующей герцогине Курляндской. Анна подписала "кондиции" и прибыла в Москву, где была провозглашена императрицей всея Руси. Среди гвардейских офицеров -- большей частью, мелкопоместных и неродовитых дворян, обнаружилось сильное недовольство желанием старинных родов сосредоточить всю полноту власти в немногих руках. Уступая их "челобитной", которая, впрочем, вполне соответствовала ее собственному нраву, Анна неожиданно для родовой знати публично порвала подписанные ею обязательства. За попытку ограничения власти самодержавного правителя Верховный Совет был распущен, члены его и сторонники отправились в ссылку.

Короновалась Анна Иоанновна 28 апреля 1730 года в Москве, и событие это в тот же день было блестящим образом отпраздновано в Петербурге.

После торжественного обеда у Миниха, вечером перед его домом был устроен фейерверк, какого еще не видали в России. Устроил его начальник порохового завода Шпаррейтер, большой мастер пиротехники. Он выставил три больших щита, освещенных разноцветными огнями. На среднем была изображена императрица со скипетром и державой. Из рога изобилия сыпались к ногам ее "короны, скипетры, венцы, меркуриевы жезлы, медали, фрукты и разные листы". Над головой императрицы "из облак выходящая рука, держа императорскую же корону, оную на ея императорское величество возлагала, и от головы, свыше коронованной, исходили лучи". Огни горели всю ночь, и потом зажигались по вечерам целую неделю.
Но вопрос, где иметь пребывание императорскому двору, еще не был решен. Только год спустя Миниха вызвали в Москву и поручили озаботиться приготовлением петербургских дворцов к переезду государыни. Осенью 1731 года вернулась в Петербург гвардия, в составе которой прибавился новый полк - Измайловский, получивший название от подмосковного села Измайлова, где жила императрица. Затем прибыла в Петербург сестра государыни герцогиня Мекленбургская Екатерина Ивановна, а вскоре после нового года -- цесаревна Елизавета Петровна. Наконец, 15 января 1732 года прибыла императрица, и остановилась для ночлега в доме Брюса. Торжественный въезд ее в столицу произошел лишь на другой день.

Въезд этот устроен был с чрезвычайной пышностью: хотели придать особое значение событию, возвращавшему Петербургу его достоинство царской резиденции. Шествие тянулось по Литейному проспекту, называвшемуся тогда Артиллерийской улицей, и по Невскому. Впереди всех ехали верхами почт-директор, почтмейстеры и почтальоны; последние играли на рожках. За ними отряд драгун, потом русские и иностранные купцы, с бургомистрами на украшенных лошадях. Далее верховые литаврщики и трубачи, опять драгунский отряд, и ряд карет, запряженных цугом. Камергеры и камер-юнкеры, в числе шести пар всадников, предшествовали парадной карете императрицы. По сторонам этой кареты шли гайдуки, а за каретой обер-камергер Бирон с генерал-адъютантами, все верхом. Замыкал шествие ряд экипажей с придворными дамами и женами сановников. По Невскому расставлены были шпалерами войска. На пути шествия устроено было несколько триумфальных арок.

Проследовав через весь Невский, императрица вступила в Исаакиевский собор у Адмиралтейства. Ударили во всех церквах в колокола, из крепости раздалась пальба. Затем государыня отъехала в бывший дом Апраксина, избранный ею и отделанный для нее вместо Зимнего дворца, причем опять палили из пушек, а войска приветствовали царицу беглым ружейным огнем. Вечером город осветился иллюминацией и фейерверком.

Через три дня дан был большой придворный бал, а с 23 января установились еженедельные приемы во дворце по воскресеньям, после обедни.

Неутомимый Миних, желая развлечь двор, устроил примерное взятие войсками снежной крепости по Неве, против временного дворца, закончившееся красивым маневром на льду: войска стали таким образом, чтобы изобразить своим построением букву А.

В. Г. Авсеенко. «История города Санкт-Петербурга в лицах и картинках».

* * *

 

«Императрица Анна Иоанновна в коронационном платье».

"Императрица Анна Иоанновна в коронационном платье".

Императрица Анна Иоанновна, настоящая, реальная, в общем-то, не имела ничего общего с тем карикатурным образом и тупой и злобной бабищи, что с чьей-то легкой руки утвердилась в отечественной истории так прочно, что лишь в самые последние годы эту дурную легенду начали понемногу развеивать. Слишком долго пылилась в забвении книга крупного русского историка и писателя князя Щербатова (1733–1790). Хотя Щербатов еще во времена Екатерины II, пусть и отмечая грубость Анны и ее выносившиеся без всякого колебания смертные приговоры, отмечал и другие стороны характера «царицы престрашного зраку»:

«Императрица Анна не имела блистательного разума, но имела сей здоровый рассудок, который тщетной блистательности в разуме предпочтителен... Не имела жадности к славе, и потому новых узаконений и учреждений мало вымышляла, но старалась старое, учрежденное, в порядке содержать. Довольно для женщины прилежна к делам и любительница была порядку и благоустройства; ничего спешно и без совету искуснейших людей государства не начинала, отчего все ее узаконения суть ясны и основательны...»

Одним словом, перед нами тот самый просвещенный консерватизм, который лично я предпочитаю водовороту дурацких реформ наподобие петровских. Одно немаловажное уточнение: коли уж Анна окружала себя умными людьми (факт, отмеченный многими историками), значит, она как-то умела выявлять и приближать как раз умных – что ее деловые качества характеризует опять-таки с хорошей стороны. Умение подобрать толковую команду – уже само по себе достоинство для правителя.

Тот же Щербатов пишет о работе министров Анны так: «Был управлен кабинет, где без подчинения и без робости един другому каждый мысли свои изъяснял; и осмеливался самой Государыне при докладе противуречить; ибо она не имела почти никогда пристрастия то или другое сделать, но искала правды; и так по крайней мере месть в таковых случаях отогнана была; да, можно сказать, и не имела она льстецов из вельможей, ибо просто наследуя законам дела надлежащим порядком шли».

Похожа такая императрица на тупую тираншу?

Ни в малейшей степени!

Кстати, именно при Анне русским офицерам стали платить такое же жалованье, как иноземцам (ранее иностранцы получали вдвое больше). Именно при Анне в России появились опера, балет, первые научные журналы – и первые русские ученые. При ней были организованы первые экспедиции к берегам Америки. Нельзя сказать, что Анна очень уж усердно интересовалась науками – но все же Академию посещала не так уж редко, смотрела физические и химические опыты и даже наблюдала в телескоп кольца Сатурна.
    
Александр Бушков. «Екатерина II: алмазная золушка”.

* * *

 

Неизвестный художник.
«Портрет Анны Иоанновны».
Государственный Русский музей, Санкт-Петербург.

Неизвестный художник. "Портрет Анны Иоанновны". Государственный Русский музей, Санкт-Петербург.

 

Неизвестный художник.
«Портрет императрицы Анны Иоанновны».
Нюрнберг.

Неизвестный художник. "Портрет императрицы Анны Иоанновны". Нюрнберг.

Мы же пока находимся при начале царствования государыни Анны Иоанновны, и, чтоб не распалась цепь времен, должны помянуть ее хотя бы страницей рассказа.

«Станом была она велика и взрачна. Недостаток в красоте награждаем был благородным и величественным лицерасположением. Она имела большие карие и острые глаза, нос немного продолговатый, приятные уста и хорошие зубы. Волосы на голове были темные, лицо рябоватое и голос сильный и проницательный. – Сложением тела была она крепка и могла сносить многие удручения» (Э. Миних. С. 165). – Если б такой гренадероподобный вид имела женщина умная и проницательная не одним голосом, – то, наверное, никто не запомнил бы ни продолговатого носа, ни ряби на щеках и не выставил бы за достоинство хороших зубов. Но государыня Анна, владея обширной статью, располагала разумом малопоместительным, и все ее женские и человеческие добродетели сосредоточились в одном пункте жизни: она являла собой образец преданной любовницы и, если б на то была господня воля, стала бы добродетельной женой и матерью. Но, волею династических соображений своего великого дядюшки, потеряв супруга через месяц после свадьбы, она так и осталась без законного повелителя и принуждена была жить в браках неосвященных: сейчас ее повелителем был Эрнст-Иоганн Бирон.

Прошлое Бирона покрыто мраком тайн. Говорят, в молодости он сидел в тюрьме за драку с убийством и что еще при Петре Великом хотел пристроиться к русскому двору, но туда его не пустили. В конце концов он остался на родине и к 1728-му году стал полным курляндским хозяином. И видом и нравом он был суров: настоящий повелитель. Анна Иоанновна предалась ему безоглядно. Он улыбался – она сияла; он хмурился – она мрачнела; он был большой охотник до лошадей – она ради него научилась в сорок лет ездить на лошади; он не мог жить без карточной игры – и каждый вечер при дворе Анны Иоанновны играли в карты.

Конечно, люди остаются людьми, и не случается в мире полных совпадений: были и у Анны Иоанновны свои наклонности, отличные от бироновых. Она любила ружейную пальбу и, бывало, тешилась тем, что стреляла из окна опочивальни по всему мимопролетающему – не только ворон и галок сшибала с лету, но даже скорых воробьев (Э. Миних. С. 164). А еще любила глядеть на медвежью травлю. И вообще любила смешные забавы. При ней всегда был штат шутов и дурок: велит им стать всем носом к стенке, а одному идти сзади и каждому пинать под коленки – он их пинает, а они падают; или велит друг с другом царапаться. Очень изволила смеяться на их дурацкие проделки.

Так они и жили. Бирон с утра отправлялся к своим лошадкам, а государыня, откушав кофея, забавлялась с шутами и дурками, а то постреливала из ружья или просто смотрела в окно. После обеда почивали немного, затем совершали променад, вечером начиналась карточная игра. В государственные деяния Анна Иоанновна вмешиваться не старалась, предоставив надзор за ними Бирону, а исполнение – трем кабинет-министрам.

Переехав в Москву, а затем в 1731-м году из Москвы в Петербург, они не очень изменили обыкновений курляндской жизни, хотя, спору нет, жить стали поярче и пошире – теперь денег не надо было просить ни у кого, и заблистало на дворцовых приемах злато и серебро, засверкали жемчуга, алмазы, бриллианты, засветились иллюминации и фейерверки, зазеленели оранжерейные сады, заструились фонтаны, загремел оркестр, запела италианская опера, и вся Европа наполнилась слухом о роскошестве и пышности нового петербургского двора.

Много золота, много блеска, много торжества – значит, сильная государыня, значит, великие люди, значит, могущая держава. Чем ослепительнее и громче придворный праздник – тем чаще соседи станут завидовать: Россия – цветущая, Россия – непобедимая, Россия – неколебимая.

Сбылось замысленное Петром Великим.

И вот уже Россия воюет в Европе, фельдмаршал Миних осаждает Гданск – на помощь полякам плывут французы, потому что они хотят, чтобы польским королем стал Станислав – тесть их короля Людовика; но французы побиты, рассеяны, взяты в плен, Станислав бежит, и мы сажаем на польский престол своего короля – Августа Третьего. – А затем мы идем дальше, входим во владения Порты и в земли, туркам солидарные. И вот фельдмаршал Миних победоносным походом ворвался в Крым, взял Очаков, Яссы, Хотин:

Россия, коль щастлива ты
Под сильным Анниным Покровом!
Какие видишь красоты
При сем торжествованьи новом!
Военных не страшися бед:
Бежит оттуду бранный вред,
Народ где Анну прославляет.
Пусть злобна зависть яд свой льет,
Пусть свой язык ярясь грызет;
То наша радость презирает.
(Ломоносов. Т. 8. С. 29)

Алексей Песков. «Павел I».

* * *

 

И. Г. Ведекинд.
«Императрица Анна Иоанновна».

И. Г. Ведекинд. "Императрица Анна Иоанновна".

Эпоха дворцовых переворотов внедрила в сознание современников, что в их силах убрать неугодного монарха, навязать любые условия. Слишком многое сходило с рук заговорщиков. Елизавета и Екатерина, эти, безусловно, неординарные женщины попадали в заколдованный круг, вынужденно одаривая милостями людей, от которых зависели, тем самым, развращая их.

Анна Иоанновна была не такой. Разорвав кондиции верховников, она действительно стала самодержицей. Слово её не расходилось с делом. Императрица любила власть, и, что самое главное, умела ей распорядиться. За каких-то десять лет она добилась того, что получалось далеко не у всех монархов: укоротила замашки шляхетства, вольные нравы которого могли привести примерно к такому же разносу страны, как в случае с Польшей, которая надолго исчезла с политической карты Европы.

Не всем был по нраву жёсткий (отнюдь не жестокий) нрав царицы, но люди, умевшие ставить интересы страны выше собственных, видели в её правлении благо для разорённой России. Конечно, находились и 'несознательные'. С ними обращались просто - арест, Тайная канцелярия, а там как повезёт. Большинство, кстати, отпускали, не причинив особого вреда; дело заканчивалось штрафом, наставлением на путь истинный от духовных лиц или непродолжительным сидением под домашним арестом.

Пушкин, серьёзно занимавшийся исследованием этого исторического периода, очень удивлялся тому, сколько собак умудрились навесить потомки-'либералы' на Анну Иоанновну и её фаворита Бирона. Что поделать, воцарившимся незаконным путём монаршим особам и их приспешникам приходилось оправдывать свои поступки хотя бы таким способом.

Дмитрий Данилов. «Гвардеец (Оболганная эпоха)».

* * *

 

Луи Каравакк.
«Портрет императрицы Анны Иоанновны».
1730.

Луи Каравакк. "Портрет императрицы Анны Иоанновны". 1730.

По отзывам современников, лично знавших императрицу, от природы Анна была одарена здравым умом, и чувствительным сердцем. Однако тяжелое детство, несчастный брак (овдовела она всего спустя два месяца после свадьбы), одинокие годы при чуждом ей Курляндском дворе -- все это оставило на ее личности глубокий, неизгладимый след. Сказалось и то, что в юности царевна не получила ни достойного воспитания, ни серьезного образования. От матери она унаследовала строптивый, даже до некоторой жестокости, нрав, проявлениями которого она поражала окружающих еще в молодости, от отца - страсть к буйным, безудержным весельям и пышным церемониям.

В. Г. Авсеенко. «История города Санкт-Петербурга в лицах и картинках».

* * *

 

Г. Бухгольц.
«Портрет императрицы Анны Ивановны».
Последняя треть XVIII века.

Г. Бухгольц. "Портрет императрицы Анны Ивановны". Последняя треть XVIII века.

 

«Императрица Анна Иоанновна».

"Императрица Анна Иоанновна".

 

Неизвестный художник.
«Анна Иоанновна, российская императрица»
1817.

Неизвестный художник. "Анна Иоанновна, российская императрица". 1817.

 

«Портрет императрицы Анны Иоанновны».
1817-1825.
Государственный Русский музей, Санкт-Петербург.

"Портрет императрицы Анны Иоанновны". 1817-1825. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург.

 

Неизвестный художник.
«Портрет императрицы Анны Иоанновны».

Неизвестный художник. "Портрет императрицы Анны Иоанновны".

 

Неизвестный художник.
«Портрет императрицы Анны Иоанновны».
Музей Кусково.

Неизвестный художник. "Портрет императрицы Анны Иоанновны".

 

Неизвестный художник.
«Портрет императрицы Анны Иоанновны».

Неизвестный художник. "Портрет императрицы Анны Иоанновны".

 

Неизвестный художник.
«Анна Ивановна».
Начало XIX века.
Копия с оригинала 1730-х.

Неизвестный художник. "Анна Ивановна". Начало XIX века. Копия с оригинала 1730-х.

 

Ф. Бегагль, С. Климов.
«Анна Иоанновна».
Шпалера.
1732.

Ф. Бегагль, С. Климов. "Анна Иоанновна". Шпалера. 1732.

 

Луи Каравак?
«Портрет императрицы Анны Иоанновны».
1730-е.
Эрмитаж, Санкт-Петербург.

"Анна Иоанновна". 1732.

 

Х. Лоттес.
«Анна Ивановна на троне со скипетром в руках». Фрагмент.
1739.

Х. Лоттес. "Анна Иоанновна на троне со скипетром в руках.". Фрагмент. 1739.

 

Иван Соколов.
«Анна Иоановна».
1740.

Иван Соколов. "Анна Иоанновна". 1740.

 

Неизвестный художник.
«Императрица Анна Ивановна».
Конец XIX - начало ХХ века.

Неизвестный художник. "Императрица Анна Иоанновна". Конец XIX - начало ХХ в.

 

Неизвестный художник.
«Анна Иоанновна и Анна Леопольдовна на прогулке».

Неизвестный художник. "Анна Иоанновна и Анна Леопольдовна на прогулке".

 

В. И. Якоби.
«Шуты при дворе императрицы Анны Иоанновны»
1872.

В. И. Якоби. "Шуты при дворе императрицы Анны Иоанновны". 1872.

 

«Анна Иоанновна в окружении придворных».

"Анна Иоанновна в окружении придворных".

 

Александр Бенуа.
«Императрица Анна Иоанновна верхом преследует оленя в сопровождении свиты в петергофском Зверинце».
Иллюстрация к книге Н. И. Кутепова «Царская и императорская охота на Руси». 1898 год.

Александр Бенуа. "Императрица Анна Иоанновна верхом преследует оленя в сопровождении свиты в петергофском Зверинце".

 

Андрей Рябушкин.
«Императрица Анна Иоанновна в Петергофском зверинце на охоте».
1900-е.

Андрей Рябушкин. "Императрица Анна Иоанновна в Петергофском зверинце на охрте". 1900-е.

Императрица Анна Иоанновна обычно проводила летние месяцы в Петергофе. По натуре своей, государыня не любила шумных торжеств и многолюдных приемов. В Петергофе, по контрасту с последними годами царствования его державного основателя, при ней было тихо и даже пустынно. Впрочем, это вовсе не означает, что императрица Анна не умела отдыхать со вкусом. Излюбленными ее развлечениями во время отдыха от бремени государственных забот были верховая езда, стрельба по птицам из окон Верхних палат, и особенно - охота.

На окраине Нижнего парка был выстроен изящный павильон "Темпель", где государыня с ружьем в руках поджидала, когда на огороженную высоким забором лужайку перед окнами выгонят зверей. В специально устроенном для этой цели зверинце содержались во множестве росомахи, песцы, кабаны, буйволы, барсы и даже тигры.

Известна и другая большая страсть императрицы Анны - птицы. Ежегодно для выпуска в петергофском саду и парке, для содержания во дворце и парковых павильонах по ее распоряжению закупались и отлавливались на воле сотнями, если не тысячами, соловьи, щеглы, зяблики, снегири, овсянки, чижи и т. д. Богатый птичник, к слову заметить, содержался при ней и в Летнем саду в Петербурге, где, к безграничному удивлению посетителей, содержались даже страусы...

Петергофский зверинец сохранялся и после смерти Анны Иоанновны. В царствование Александра I в нем содержались лишь немногие животные -- олени, косули и пр. Во время посещений императрицы Марии Федоровны по звуку рога все они сбегались в одном месте, и тогда государыня собственноручно кормила их хлебом...

В. Г. Авсеенко. «История города Санкт-Петербурга в лицах и картинках».

* * *

 

Василий Иванович Суриков.
«Императрица Анна Иоанновна в петергофском Тампле стреляет оленей».
1900.

Василий Иванович Суриков. "Императрица Анна Иоанновна в петергофском Тампле стреляет оленей". 1900.

 

Елена Доведова.
«Анна Иоанновна на охоте».

Елена Доведова. "Анна Иоанновна на охоте".

 

«Свадьба шутов в Ледяном дворце при императрице Анне Иоанновне».

"Свадьба шутов в Ледяном дворце при императрице Анне Иоанновне".

 

Елена Доведова.
«Ледяной дворец, построенный по прихоти Анны Иоанновны».

Елена Доведова. "Ледяной дворец, построенный по прихоти Анны Иоанновны".

Царствование ее можно было бы назвать вполне благополучным: итоги и направление всех произведенных при ней реформ позволяют считать ее более последовательной преемницей великого преобразователя, чем это можно сказать о Екатерине I или Петре II. Однако годы, связанные в русской истории с ее именем, неслучайно пользуются недоброй славой. Едва избавившись от одного временщика, Меншикова, Россия получила при ней нескольких других, гораздо более алчных и менее одаренных. На целое десятилетие фактическим распорядителем при дворе императрицы стал граф Э. И. фон Бирон. В 1731 году он возглавил новый совещательный орган при императрице - Кабинет министров, куда вошли кроме него Б. Х. Миних и Л. И. Остерман, которых Петр I по-своему ценил и жаловал, но к высоким постам не допускал.

России Бирон не знал и не понимал, нимало не сочувствовал интересам русского народа, и не стеснялся открыто выражать равнодушие и даже презрение к его обычаям и самой вере. Не доверяя ни единому сословию, он организовал в империи сеть полицейского сыска и надзора. Любое недовольство, часто - даже мнимое, каралось строжайшим образом. Громкие политические процессы, неоправданно грубые методы наведения дисциплины в армии, жестокие казни, производившиеся от имени императрицы, все больше настраивали народ против "иноземцев".

Впрочем, исследования историков показывают, что масштабы репрессий при Анне Иоанновне не были чрезвычайно широкими. Общее число ссыльных насчитывают до 20 тысяч, в то время как в 1750 году в одном Петербурге населения было 95 тысяч, а во всей империи, по очень приблизительным подсчетам, более 25 миллионов в 1762 году.

Когда Анна Иоанновна скончалась, оставив Бирона регентом при малолетнем императоре, недовольство временщиком стало настолько всеобщим и очевидным, что Миниху просто пришлось арестовать его. Суд приговорил Бирона за его злоупотребления к смертной казни, позже замененной на ссылку в Сибирь.

В. Г. Авсеенко. «История города Санкт-Петербурга в лицах и картинках».

* * *

 

Неизвестный художник второй четверти XVIII в.
«Фасад деревянного Летнего дворца императрицы Анны Иоанновны на набережной Невы у Летнего сада в Петербурге».
1740-е.

Неизвестный художник второй четверти XVIII века. "Фасад деревянного Летнего дворца императрицы Анны Иоанновны на набережной Невы у Летнего сада в Петербурге. 1740-е.

 

АННА ИОАННОВНА (1693-1740)

ЖИВОПИСЬ. АЛФАВИТНЫЙ КАТАЛОГ.