Раззак Абдурашид.

"Бабушка-сказка".

Иллюстрации А. Мелехова.

Москва, "Детская литература". 1975 год.

 

Абдурашид Р. "Бабушка-сказка". Иллюстрации А. Мелехова.

У каждого народа есть свой бесценный клад – бережно хранимые и передаваемые из поколения в поколение легенды и сказки.
Есть такой клад и у узбекского народа.
Молодой узбекский поэт Раззак Абдурашид – один из тех, кто широко пользуется этим народным богатством, создаёт на его основе многие свои произведения.
В нашей книге представлены четыре поэмы-сказки для детей, написанные автором по мотивам народных творений.

 

Бабушка-сказка.

Абдурашид Р. "Бабушка-сказка". Иллюстрации А. Мелехова.

Там, у гор небесно-голубых,
Средь полей, от хлопка белых-белых,
Множество легенд о днях былых,
О боях и о победах смелых.
Богатырь живёт в одной из них,
На коне он мчит резвее птицы,
Он лесной красавицы жених,
А в другой – о Сказке говорится.

Будто есть такая бабушка одна,
Что давным-давно живёт на свете,
Будто взрослым людям не видна,
А видна лишь только малым детям.
Сказкой эту бабушку зовут,
Сходит с гор она, как добрый вестник.
Годы всё идут, идут, идут –
Весь народ узбекский ей ровесник.

Говорят, что бабушке зимой
Шалью служит снег с вершин искристый,
Озеро – нарядной пиалой
С чаем ароматным и душистым.
Будто стелет ей постель лесистый склон,
Кутает в туман, как в одеяло,
Прилетает свежий ветер, он
От жары для Сказки – опахало.

Нижет бусы солнышко на луч,
Дарит небо облачных баранов.
Алатау, строен и могуч,
Бережёт зимою от буранов.

* * *

Солнце спать идёт за Сырдарью,
Розовую разливая краску,
Спать пора и птицам и зверью.
А детишки в это время просят сказку.
И приходят к бабушке самой,
Их она под деревом встречает,
Словно шалью, повязавшись тьмой,
Сказка тихо головой качает…
А чинара – как большой шатёр.
Точно тонкий шитый шёлк восточный,
Расстилает бабушка ковёр,
Травяной ковёр, ковёр цветочный.
Нет, не носит бабушка очков –
Может целый лес окинуть взглядом;
Зажигает синих светлячков
И приказывает замолчать цикадам.
Выплывает месяц из-за гор
На высокий небосвод атласный,
Возникает тихий разговор,
Интересный, сказочный, прекрасный.
Бабушка в вечерней тишине
О себе самой рассказ заводит,
У детей – мурашки по спине,
Холодок по телу так и бродит.

* * *

«Была ч с юности смела,
Сильна, как гром небесный,
По небу тучей я плыла,
В степи мне было тесно.
С лучами я вперегонки
Гонялась то и дело,
И бег стремительной реки
Я обгонять умела.
Из ветки вырежу свисток
Да свистну я, бывало,
Так в пропасть ринется поток
И загремят обвалы.
Как дуну – гнутся до земли
И тополя, и клёны,
И травы ветер опалит,
От зноя раскалённый.
Ходить умела по горам,
Как по тропинкам торным,
Могла приказывать ветрам,
Как слугам, мне покорным.
Дивились грозные орлы,
Когда я с дикой кручи
Иль с горной каменной скалы
Взмывала прямо к тучам!
Внизу мелькали лес, и дол,
И горные деревни,
Пустыни ровный гладкий стол
И Алатау древний.

* * *

Но вот однажды страшный смерч
Вдруг к небесам взметнулся
И рухнул, сея страх и смерть, -
И воздух содрогнулся.
И, все ветра опередив,
Путь застилая пылью,
Летел ко мне ужасный Див,
Раскрыв в полнеба крылья.
И чёрная гналася тень
За ним хвостом огромным,
И делался бессильным день
И становился тёмным.
Своей косматой головой
Див в небеса упёрся,
Он облако схватил рукой
И как платком утёрся.
А руки Дива – как стволы
Огромных старых елей,
Глаза – как угли без золы,
Так злым огнём горели!
«Эй, Сказка! – крикнул чародей, -
Пришла твоя кончина.
Я – Див, жестокий я злодей
И всяких бед причина.
И мне знакомо волшебство,
И нет на свете силы,
Чтоб колдовство и мастерство
Моё превосходила.
Но ты добра, к тому ж – сильна,
Жизнь сказкой украшаешь.
И зло творить лишь ты одна
Мне на земле мешаещь.
Зову тебя в открытый бой,
И, слов не тратя даром,
Мы потягаемся с тобой
Своим волшебным даром.
Коль я тебя перехитрю
И обыграю в споре,
Я жизнь тебе не подарю,
Тебя закину в море
Иль в порошок тебя сотру
И по полю развею!
Но если хитрую игру
Ты выиграть сумеешь,
То пред тобою я смирюсь,
Я сам низвергнусь в бездну
Или во мраке растворюсь
И навсегда исчезну».

* * *

Тут Див растаял, как с зарёй
Свет исчезает лунный.
И вдруг… гляжу, передо мной
Ягнёнок тонкорунный.
На солнце шерсть его блестит,
Он семенит смиренно.
Тут чабана лихого вид
Я приняла мгновенно.
Такое не в новинку мне.
Я прут взяла нетонкий
Да как огрею по спине
Проклятого ягнёнка
И думаю: я сволоку
В кишлак тебя, проказник,
Продам лихому мяснику
Для шашлыков на праздник!
Узнаешь Сказку, чародей!
Разделаюсь с тобою,
Не будешь родины моей
Ты чёрною судьбою!
И вдруг ягнёнок подскочил,
Исчез, как будто не был!
И белый голубь в небо взмыл
И устремился в небо!
И смех донёсся с высоты.
И во мгновенье ока
Решила я: коль голубь ты,
То я – крылатый сокол.
А голубь вился, точно дым,
Кружил, парил, играя,
А я летела вслед за ним,
Все силы собирая.
Стал полдень жарким, как очаг,
В зенит вошло светило.
И утомился Див, мой враг,
И я его схватила,
Но с ним не сладишь просто так:
Он каменным обвалом
С горы низвергнулся в кишлак
И скрылся за дувалом.
И, обернувшись петушком,
Прошёл во двор опрятный,
Тряхнувши алым гребешком,
Направился в курятник.
Он думал, не проникну я
В хозяйство это птичье.
Так вот и мне, мои друзья,
Пришлось сменить обличье.
Одевшись нищенкой, с клюкой –
Таких не раз встречала, -
Пошла с протянутой рукой
И в двери постучала.
И вышла женщина на стук.
С сочувствием взглянула
И мне лепёшек десять штук
Без звука протянула.
Но я лепёшек не взяла.
Тут женщина смутилась
И быстро в дом к себе вошла
И с платьем возвратилась.
Я головой качаю: «Нет»,
А та ко мне: «Послушай,
Народа нашего завет
Я в жизни не нарушу.
Войди хозяйкой в этот дом,
И что тебе по нраву,
И что тебе угодно в нём,
Ты выбери по праву.
Захочешь, забирай ковёр,
Старинные пиалки
Иль шитый золотом убор, -
Мне ничего не жалко».
Я отвечала: «Петушок
Твой так хорош, на редкость!
Ты положи его в мешок
И мне подай на бедность».
Она поймала петуха,
Ему связала лапы,
А он и крыльями махал,
И руки ей царапал…
Иду. Да нет, бегу бегом!
Петух – в мешке заплечном.
Сейчас разделаюсь с врагом,
Врагом заклятым, вечным!
И вдруг – передо мной река
Полоскою лазурной,
Круты речные берега,
И бег шальной и бурный.
И я, хоть мой был долог путь
И в горы я спешила,
На берегу в тени чуть-чуть
Передохнуть решила.
Сняла с плеча я свой мешок –
Он развязался чудом,
И пленник мой, мой петушок
Как выскочит оттуда!
И я скорей, не будь плоха,
Метнулась, как тигрица,
Гляжу – и нету петуха,
Передо мной девица.
Как реки вешние с горы,
С плеч ниспадают косы.
Глаза – сверкающе-хитры
И капельку раскосы.
Что ж, Див, - ещё один удар!
Но тут я разъярилась
И силой мне открытых чар
Богатырём явилась.
В объятьях девица-краса,
Я с нею – прямо в воду!
Но что такое? Как роса
В хорошую погоду –
Исчезла. Нет её со мной.
Лишь я одна да речка.
И вдруг гляжу – идёт на дно
Жемчужное колечко!
Ты стал кольцом, упрямый Див,
Я – рыбой в гуще ила.
Кольцо тотчас же проглотив,
Я Дива победила!
Нет, не пустые то слова:
С тех пор исчезли дивы,
О них осталась лишь молва,
А сказки – вечно живы.
Наш светлый край пускай живёт –
Поля, леса и горы,
Орлов стремительный полёт
И речек разговоры.
Пусть процветают города.
Пусть подрастают дети.

Я ваша Сказка. И всегда
Я буду жить на свете.

 

Абдурашид Р. "Бабушка-сказка". Иллюстрации А. Мелехова.

 

... 2 3 4

РАЗЗАК АБДУРАШИД

А. МЕЛЕХОВ